Записаться

Абракадабра появилась в Мюнхене в 2017 году и с тех пор работает по принципам гуманной педагогики и неформального образования. Сегодня школы сети есть в Мюнхене, Берлине, Амстердаме и Лондоне.

Неформальное образование появилось, когда педагоги заметили, что мир меняется быстрее школы. В 1968 году американский исследователь Филип Кумбс описал «мировой кризис образования»: школа слишком медленно меняется, слишком жёстко устроена и плохо готовит к жизни. Позже Совет Европы и ЮНЕСКО свели эти идеи в общие принципы.

Ребёнок — участник

Мы относимся к ребёнку как к отдельному человеку со своими интересами, характером и способом думать. Взрослый при этом остаётся взрослым: отвечает за безопасность, готовит пространство и задаёт рамки занятия.

Сначала — зачем

Педагог всегда отвечает себе, зачем этим детям эта тема сегодня. Через личный опыт ребёнка проще прийти к букве, числу или книге.

Учимся, когда делаем

Обсуждаем, играем, строим, спорим, работаем в группах. А после опыта говорим о нём: что произошло, что заметили, где это ещё пригодится. Вывод делают сами дети.

Ответов может быть несколько

«А ты как думаешь? А почему? А кто видит это иначе?» Педагог может честно сказать: «Не знаю, давайте проверим вместе».

Ошибка — часть обучения

Не смеёмся над ошибкой, не сравниваем детей и не превращаем ошибку в характеристику. Вместо «ты невнимательный» — «смотри, вот тут ты пропустил».

Группа тоже учит

Дети учатся друг у друга: когда объясняют другому, спорят и делают что-то вместе.

Интерес важнее принуждения

Учёба иногда требует усилия, но заставлять мы не будем. Если ребёнок не готов включиться, он выбирает, как участвовать: ответить устно, нарисовать, поработать в паре или сначала понаблюдать.

Чему ещё учит суббота

Сформулировать своё мнение, услышать другого, задать вопрос, договориться, попросить о помощи, признать, что был неправ.

Из памятки, которую получает каждый педагог и помощник Абракадабры.

СитуацияЧто делаемЧего не делаем
Ребёнок только пришёлЗдороваемся, называем себя и даём время осмотреться: «Здесь можно сначала просто посмотреть».Требовать сразу поздороваться, назвать имя и идти играть.
Ребёнок что-то сделалОписываем и интересуемся: «Ты сделал мост очень длинным. Как ты придумал его укрепить?»Оценивать: «правильно», «неправильно», «самый лучший».
Ребёнок отказываетсяСпокойно принимаем: «Хорошо. Если захочешь — можно вернуться».Уговаривать без конца, стыдить, говорить «ты же уже большой».
Ребёнок переходит на английскийПродолжаем разговор и отвечаем по-русски.Исправлять каждую ошибку и требовать «говори по-русски».
Дети поссорилисьОстанавливаем действие, помогаем проговорить, что случилось, и предлагаем вариант.Публично выяснять, кто виноват, и требовать «извинись».
Ребёнок плачетГоворим тише, садимся рядом, предлагаем позвать маму или папу.«Ничего страшного», «не плачь», «ну чего ты».

Безопасность и границы

Мы видим в ребёнке личность и при этом помним, что он не ровесник взрослому. Взрослый отвечает за границы, и это правила для всей команды:

  • Не берём ребёнка на руки, не обнимаем и не берём за руку без необходимости и его согласия. Сначала спрашиваем: «Можно я тебе помогу?»
  • Если нужна помощь в туалете или с переодеванием, зовём родителя.
  • Не повышаем голос, не угрожаем и не манипулируем. Если ребёнок ведёт себя небезопасно, спокойно и твёрдо останавливаем действие.
  • Не обещаем ребёнку хранить секрет, если речь о его безопасности: «Спасибо, что доверяешь. Но есть вещи, о которых я должна рассказать другим взрослым».
  • В сложной ситуации педагог не импровизирует в одиночку, а зовёт коллег.

Ребёнок всё понимает по-русски, но отвечает по-английски. Так бывает, когда школа, друзья, игры и мультики — на английском, а на русском он говорит только с родителями. И часто русский становится языком проверки: «Скажи по-русски», «Ты же знаешь!». Получается, что на английском можно просто общаться, а по-русски ты постоянно сдаёшь зачёт.

Дома можно продолжать говорить по-русски, не превращая каждый разговор в урок. Ребёнок говорит: «I saw a huge dog today!» Можно ответить: «Ого, ты сегодня видел огромную собаку? Где она была?» Ребёнок получает русские слова, а главное остаётся главным: он рассказывает вам историю.

Если единственные русскоязычные собеседники ребёнка — родители, русский легко становится «маминым» или «папиным» языком. Поэтому в Абракадабре мы создаём среду, где на русском знакомятся, играют, спорят, строят, проводят эксперименты и смеются с другими детьми. Чтобы ребёнку было что сказать по-русски — и кому это сказать.

Посмотрите, как это работает, на пробном занятии.